Когда мозг желудку не товарищ. Или когда голова перестает руководить частями тела.
Время шесть часов утра, проснулась. Домашние еще спят. В квартире тишина, что располагает к чтению. Желание совершенно законное и полезное. В дневной суете на это не хватает времени и пизанская башня из книг растет с каждым месяцем. Перефразируя друзей американцев, можно сказать, что так много интересных книг и так мало времени.

Удобно расположившись на любимом диване и накрывшись пледиком, взяла книгу в руки. Ни что не мешает. Мозг свеж и раздает команды: сам себя запроблемил чтением, пристроил попу на диван, выдал правой руке карандаш, организовал рабочее настроение. Красота. Сюрпризов не ожидалось. Через какое то время начинаю понимать, что движений и действий больше, чем необходимо для чтения. И уровень удовольстие гораздо выше, чем ожидалось. Но первые сингналы остаются без внимания.

Проходит еще какое то время и я точно понимаю, что что-то не так. Отрываюсь от чтения, и что я вижу, моя левая рука за чем-то тянется. Мой вопрос: «Подруга, ты что делаешь?», она затыкает мне сушкой. И судя по дорожке из крошек, уже не первой. При этом диссидент желудок одобрительно молчит, не подавая сигналы гипоталамусу, что он уже наелся и физиологической потребности в еде нет. Оторвавшись от книги я начала размышлять на тему привычки, которая сформировалась в далеком прошлом и на сегодня проявившаяся в стереотипном действии, неосознаваемая и доведенная до автоматизма. Но в прекрасном далеко не было темы, как не набрать лишний вес. И можно было получать удовольствие от еды без ограничения, тем более, что в семье эта тема была культовой.

Пропуская тему голода, моя мысль потекла в сторону тем удовольствия, привычек и установок. Даже сейчас, когда я пишу эту заметку я ловлю себя на том, что пишу – «не набрать лишний вес», таким образом давая себе установку на обратное, поскольку мозг частицу «не» обычно пропускает. И получается, что я с детсва знаю тему, как набрать лишний вес.

Поскольку избыточным весом я не страдаю только благодаря силе воли поддерживаемой контролем мозга, то в момент его отключения – удовольствие, привычки доведенные до автоматизма, плюс неправильные установки дают тот результат, который хочешь избежать, т.е. избыточный вес.
Выявляется некий механизм, который приводит к отрицательному результату: например, физиологическая потребность поесть может быть вызвана желанием «накормить себя», чтобы получить удовольствие или «заесть» его отсутсвие. То, чем мы себя «кормим» и «заедаем», зависит от наших привычек и установок. Все это усугубляется тем, что это часто происходит на неосознаваемом уровне, или при полной «отключке» мозга. И тогда на сцену выходит «хватательный рефлекс», который будет хватать все, что под руку попадется. У некоторых моих знакомых хватательный рефлекс очень изберательный и четко направленый, предпочтение он отдает вафельному тортику, а лучше двум. Выглядит это примерно так, со словами: «Не знаю, как это у меня в корзине оказался тортик. Ощущение, что ноги сами привели, а руки взяли и положили. И так несколько месяцев подряд». Не смотря на то, что последнее время хватательны рефлекс уже отслеживается, но механизма, кроме силы воли, остановить его нет. И такой тортик будет управлять руками и ногами до тех пор, пока не будут выведены на осознаный уровень его психологические (коррекция настроения) или социальные (результат воспитания) бонусы.

В нашем кабинете этот персонаж, избыточный вес, обосновался прочно. Многие клиенты приходят именно по этому поводу. Часто слышишь, что изнурительные диеты не дают желаемого результата, или дают, но не на дилительный срок. На мой взгляд проблема лишнего веса, является биопсихосоциальной. И поэтому подход к ней должен быть комплексным. И еще хотела бы добавить, что касается это не только темы еды.

Вот тебе и почитала книжечку!

Ольга Фармер Телефон: 8 903 624-19-85 E-mail: ofarmer@mail.ru Профессиональный путь

---

«Он совсем от нас отдалился...»

Метро, это просто кладезь сценариев для кинофильмов и пьес и уж точно для наших заметок. Езжу в метро без особого удовольствия, но от увиденного, испытанного, услышанного прихожу в разные состояния Души. То, что я подслушала, правда без особого труда, в последний раз, просто заставило меня наконец-то сесть за комп.

Эта тема вошла в вагон вместе с мамой и ее сыном, и расположилась рядом со мной. Про таких сыновей говорят: «Он такой хоро-о-оший мальчик, послу-у-ушный», а про таких мам: «Она такая хоро-о-ошая мама, забо-о-отливая». Мама как мама, сын как сын, и разговор как разговор, один из тысячи, как будто написанный под копирку. Но чем дольше я слушала, то о чем они разговаривают, тем больше я ловила себя на чувстве возмущения, вся моя Личность протестовала, против того, что я слышала и видела. Держала себя в руках как могла, чтобы не начать терапию прямо в вагоне. Удерживало только знание того, что всем не поможешь, а раздавать советы и навязывать помощь - это способ манипулировать и контролировать. В мои планы это не входило, поэтому стояла и молча с возмущением, и сожалением слушала. С возмущением, потому что знаю, как это связано с моим опытом, с сожалением, потому, что рада бы помочь, да только мама не видит в этом проблемы. И это не ее вина, это ее беда, так как она просто не умеет по-другому. Возможно, если она прочтет эту заметку, что-то изменится и в ее мире. Потому, как такой способ общения распространяется не только на детей, но и на всех окружающих.

Мальчугану лет 10, он явно чем то расстроен, практически до слез. Мама, приятная во всех отношения дама лет 30-35, пытается выяснить по какому поводу ее сын разводит сырость. Сам факт того, что ее сын может разводит эту самую сырость вызывает у мамы нескрываемое раздражение = неприязнь того, что происходит. Отстранившись, на сколько это позволяла ситуация физически, мама устроила допрос с престрастием сыну:

- Ну, и чё ты? А чё они? И чё дальше? А они чё на это? А ты чё? А чё училка? А чё ты хотел, чтоб они к тебе на помощь кинулись? Ты чё дурак что-ли, ерунду несешь, и нечего обижаться, дал бы ему так же! Ты что не мужик? Ой, и хватит вот-это-вот: обидно, больно, друзья не помогли. И нечего с ними дружить, слышишь, что я тебе сказала, чтоб не общался с ними больше. Еще раз увижу, накажу, не умешь дружить по-хорошему, нечего мне мозг своей ерундой разъедать, у меня и без твоего нытья забот хватает. Слушай, и хватит уже ныть, как девченка, все подотри сопли. Хватит, я сказала, разговор окончен! А то все папе расскажу, он тебе устроит...

Эх! Вот и поговорили!!!

Хорошая сейчас идет реклама, где мама моет посуду, а дочка к ней с куколкой не воврем поиграть пристает, результат вы знаете: «Мама, иди, мой посуду...». Почему-то мне кажется, что и эта мама из вагона будет скоро послана «мыть посуду». И что самое интеремно, что эта мама не самый худший вариант, она по-крайней мере выполнила свой долг, проявила заботу и «поговорила, выяснила, что там происходит у сына», она «в курсе событий». Очень часто родители жалуются на своих детей, что он: «Совсем от нас отдалился. Кроме: «У меня все нормально», ничего не говорит, а мы с отцом переживаем. Что это с ним случилось, а такой хороший мальчик был». Или: «он всегда таким был, всегда все по-своему делал, никогда не слушал». Стоит признать, что дети растут чуть-чуть медленнее, чем в рекламе. А нам, родителям, так много надо им передать, научить, поддержать, подсказать, принять, оградить, пожалеть, одобрить, наказать, упорядочить, направить в будущее.

И почему-то мне думается, что такими словами, как у мамы из вагона, это вряд ли можно сделать. Отмахнуться от чувств ребенка, не принять их, обесценить очень просто. Гораздо быстрее, чем выслушать, принять и помочь понять самому ребенку, что происходит в его внутреннем мире, даже тогда, когда он был не прав. «Чё-кая», устраивая допросы и обзываясь родители растрачивают свою возможность стать близкими своим детям, нужными. Теряют с ними контакт, сохряняя лишь формальное общение: «У меня все нормально». Это можно перевести, как я научился не взрывать вам родители мозг своими проблемами. Я научился не ныть, когда мне больно. Научился об этом не говорить. Я научился не решать свои проблемы, я научился бегать от них и не брать на себя ответственность. Я научился отталкивать чужую боль и обиду. Я научился разговаривать с вами на вашем языке, я научился быть такими, как вы, чё еще Вы от меня вы хотите?!

Ольга Фармер Телефон: 8 903 624-19-85 E-mail: ofarmer@mail.ru Профессиональный путь

---

Спасибо нашим детям

Магазин в пяти минутах езды за МКАД. Я бы даже сказала продуктовая лавка. Зашла купить хлеб. Места мало, покупателей много – очередь, которая расположилась между прилавками, шкафами с напитками и холодильниками для мороженного. Оцениваю обстановку – нахожу конец очереди. Краем глаза вижу мальчика лет 7 и девочку лет 5, которые увлеченно выбирают мороженное в холодильнике, который находится поодаль от конца очереди. Встаю в очередь, я крайняя, за мной никого нет. Вдруг слышу фразу за своей спиной: «А не чё, что мы тут стоим?» и понимаю, что адресована она мне. В моем воображении сразу возникает «хозяин» этой фразы: либо парень, либо мужчина средних лет, скорее всего в подпитии. Сразу же рождается ответ. Наступает время действия, которое рассчитано у меня на два «шага» - повернуться и ответить «хозяину» фразы. Поворачиваюсь, а никакого «хозяина» нет, вообще никаких взрослых нет. Секундное замешательство, опускаю голову и вижу мальчика, который выбирал мороженное, стоит в победоносной позе – руки скрещены на груди, одна нога впереди другой, голова высоко поднята, а рядом девочка. По инерции выдаю им уже готовый у меня ответ: «Нет, ничего, что вы тут стоите. Мне не мешаете».
Дальше, по первоначальному плану, я бы отвернулась, а затем действовала бы по обстановке, а тут дети? Спокойно спрашиваю у них: «Так вы в очереди стоите или мороженное выбираете в холодильнике?». Теперь они как-то опешили, у мальчика даже руки расцепились, посмотрели друг на друга и через некоторое время решили, что они все-таки в очереди стоят. Я им ответила, что теперь я поняла, что они стоят в очереди и я буду за ними. Но тут им повезло, прибежала продавщица за мороженным для покупателя. Заодно спросила и у детей не за мороженным ли они и продала им мороженное. Дети сразу убежали из магазина. Время, за которое произошла вышеописанная история, всего минуты 3, но мен «цепануло».

За себя, правда, порадовалась! Быстро перестроиться и не ответить ребенку с тем же посылом (интонацией), который был приготовлен взрослому человеку (хотя слова в ответе были те же), помогли профессиональные знания.

Для детей 5-6 лет, да и 7 еще тоже присуще преобладание так называемого магического мышления. Для них абсолютно нормально представление о том, что одновременно можно находиться (физически) и в очереди и у холодильника с мороженным в другой части магазина. А если у них такое представление, то и у окружающих тоже. Чуть позже разовьется логическое мышление, они освоят навыки взаимодействия с другими людьми в общественных местах и тогда сначала обозначаться в очереди, а затем пойдут выбирать мороженное или наоборот, но последовательно, а не одновременно. Научаться договариваться и предупреждать других людей о своих намерениях.

Просто для этого надо время и взрослые, которые покажут примеры и научат такому взаимодействию с окружающими, которое будет позитивным и позволяющим достигать своих целей, при этом не ущемляя интересы других. А то в ответ на обращение:«А не чё, что мы тут стоим?» можно сразу и подзатыльник схлопотать с комментарием:«Ты чё, щенок, свое место забыл?».

Бесполезно злиться на ребенка и «возвращать» ему, то превосходство и агрессию, с которыми он произнес фразу, так как я надеюсь, что он еще не стал полноправным «хозяином» подобных ответов, он их только «пробует» на практике, «примеряет на себя». Мальчику желаю на жизненном пути больше полезных и позитивных учителей. А нам, взрослым, всегда помнить, что вольно или невольно, мы приходимся учителя для всех окружающих нас детей.

Светлана Байдакова Телефон: 8 916 620-20-32 E-mail: svetlana.kretova@mail.ru Профессиональный путь